Личные истории

Личными историями делятся члены семейных групп Нар-Анона России

«Я считала себя виновной в том, что мой сын – наркоман. Я ненавидела себя и думала, что наркомания – это мое наказание. Я пришла в Нар-Анон уставшей и замороженной, с чувством, что умерла. На первом же собрании группы Нар-Анона я получила поддержку, любовь и понимание. Там были люди, которые знали, что со мной происходит! Я признала, что бессильна перед болезнью моего сына, и это принесло мне огромное облегчение. С моих плеч будто бы сняли тяжелый рюкзак».


«Много лет ничего не менялось в моей жизни и жизни подрастающего сына-наркомана. Хотя, как мне казалось, я делала все возможное и даже сверх того. На самом деле я просто издевалась над собой, позволяя всем пользоваться своими страхами, здоровьем, мягким характером и финансами. Наконец я обратилась за помощью и пришла на собрание группы членов семей и друзей наркоманов. Там я узнала, что наркомания – семейная болезнь. А это значит, что болен не только мой сын, но и я. Я получила инструменты выздоровления, начала их применять и перестала бояться наркомании».


«На первое собрание группы Нар-Анона я пришла в состоянии отчаяния. Тогда я не понимала, зачем иду туда, но просто знала: мне нужно что-то делать, чтобы не сойти с ума. Я увидела улыбающихся людей, радостно приветствующих друг друга. Для меня это были давно забытые эмоции, и я не верила, что смогу когда-нибудь испытать их снова. Я ходила на каждое собрание, сразу начала делиться своей болью. Слушала других, перенимала опыт и тактику поведения с действующим наркоманом. Это позволило мне уже через три месяца установить границу: в моем доме не употребляют наркотики».


«В программе я убедилась, что попытки спасать и контролировать своего любимого наркомана только мешают, в то время как терпение и доверие приводят к лучшему результату. Это осознание пришло, когда мой сын-наркоман попросил о помощи. Это было чудо. После долгих лет отрицания он сам признал, что болен, и сам принял решение лечиться. Он и раньше принимал подобные решения, но я сразу же начинала помогать ему собраться, контролировала, как он доберется до места, где он найдет помощь. И его желание уезжать пропадало. В этот раз я поступила по-новому. Пока он ждал свой поезд, чтобы уехать на реабилитацию, я полностью отстранилась от сборов и терпеливо ждала. Какая мука и боль – терпеть и отстраняться, когда так хочется спасать и кричать! Я сказала сыну, что люблю его вне зависимости от того, поедет он в центр или нет. Я люблю его таким, какой он есть. Сын уехал на реабилитацию, а я поняла, что научилась жить и мыслить по-новому. Спасибо программе».


«Наркомания близкого человека привела меня в Нар-Анон, и я испытывала чувство протеста, когда слышала от других слова благодарности за то, что они попали в программу «Двенадцать Шагов». Для меня это было все равно что благодарить за наркоманию своей дочери. Постепенно стала понимать истинный смысл происходящего. Через шелуху ложных ценностей и представлений о себе я словно стала рождаться заново. Увидела маленькую недолюбленную девочку, которая жила внутри меня и очень боялась этого мира. Я стала учиться любить себя, заботиться о себе, заново знакомиться с собой. В программе «Двенадцать Шагов» началось мое эмоциональное взросление. Теперь я строю новые отношения с близкими людьми и учусь отпускать свою любимую наркоманку. Я больше не растворяюсь в жизни других людей. Я благодарна за все, что произошло в моей жизни. Обретение себя – это лучшее, что могло случиться со мной».


«Я устала нести всю ответственность на своих плечах и не видела никакого выхода. Несмотря на то что у наших детей, зависимых сына и дочери, были проблемы, мы с мужем уехали отдыхать.

Мы шли по аллее старинной усадьбы. Мой взгляд неожиданно остановился на старой березе, которая уходила высоко в небо. На самой толстой нижней ветви примостились две молодые березки. Это были настоящие деревца, уже довольно высокие и раскидистые. Они не росли из земли, добывая питание собственными корнями, а кормились от старой березы, будто сидели на ее плече. При этом тянулись вверх к солнцу. Я подумала тогда: молодым березкам не суждено стать взрослыми деревьями – у них нет корней, они не смогут расти сами и будут живы только до тех пор, пока их держит старое дерево. Не так ли и моим детям мешает пустить корни мое беспокойство и гиперопека?»


«Наркотики сделали сына лживым, злым, эгоистичным. От прежнего заботливого, доброго и отзывчивого человека не осталось ничего. Он стал отдаляться от нас с женой, между нами росла стена. По одну сторону этой стены жил сын в безумии наркомании, а по другую – мы в своем безумии: проломить стену, вытащить сына, спасти любыми средствами.

Наши попытки достучаться до него ни к чему не приводили. Я погрузился в яму страха. Я не хотел идти домой. Вокруг все злило: власти ничего не делают, полиции плевать на проблему, друзья сына… да они просто негодяи.

Шли годы, а мы все бились о стену. Я набил много шишек, пока окончательно не разбился. Мой человеческий ресурс иссяк. В то время, если бы мне сказали: «Умри, и твой сын будет чистым и независимым человеком», – я бы умер не задумываясь.

Когда сына увезли в центр, безумие осталось с нами: «Зачем мы его отдали? Куда они его увезли?» В центре мы узнали о группах Нар-Анона для членов семей и друзей наркоманов. Теперь собрания групп помогают мне – я слышу опыт людей, которые пережили похожую беду. Здесь я ухожу от безумия. Здесь постепенно ко мне возвращается здравомыслие. Я не хочу обратно в яму!»


«Какой же это удивительный подарок – прийти туда, где меня ПОНИМАЮТ на самом деле и ПРИНИМАЮТ тоже на самом деле. И еще позволяют и помогают быть самим собой! Причем нет жесткого расписания в движении поезда жизни. Он всегда движется с нужной скоростью и притормаживает, чтобы на любой станции в него мог вскочить тот, кто нуждается в помощи, встретившись с болезнью наркомания. И в этом поезде жизни всегда ожидают лучшие Проводники по выздоровлению».


Пролистать наверх